ЛУЗАНОВЫ

Сайт посвящен многочисленным потомкам знатного войскового старшины – Григория Лузана, ведущего свой род с XVI века,а также основателю одесской Лузановки – Фоме Петровичу Лузанову

ag_banner4

ЛУЗАНОВЫ - Сайт посвящен многочисленным потомкам знатного войскового старшины  – Григория Лузана, ведущего свой род с XVI века,а также основателю одесской Лузановки – Фоме Петровичу Лузанову

Михаил Николаевич Дембровский – неподкупный судья Одессы

Валерий Нетребский фотоПредлагаем читателям статью одесского краеведа Валерия Нетребского о Михаиле Николаевиче Дембровском, родном брате Наталье Дембровской, жене «нашего генерала» Лузанова. Ни в коем случае не хочется умалять заслуги автора, но статья слишком художественная и не является биографическим исследованием известной в Одессе личности – слишком много художественных ответвлений, не совсем связанных с темой публикации, заявленной в названии. Но, данная статья дает нам ниточку к дальнейшим исследованиям в виде упоминаний о других, более документальных источниках, а также приводит ряд фактов для нас, очень важных. Чтоб не потеряться в фактах при прочтении статьи, мы ниже приводим перечень фактов, которые представляют интерес в свете исследования родового древа Лузановых

ФАКТЫ:

1.Родился Михаил Лузанов в 1819 году и до 6-ти лет жил в д. 21 по ул. Ланжероновской , там же жила и «наша» Наталья Дембровская, пока дом не был продан графу Ланжерону 20 марта 1825 года;

2.В 21 год Михаил закончил Ришельевский лицей и поступил на военную службу;

3.В 1851 году он назначен адъютантом к князю Багратиону;

4.В начале 60-х годов возвращается в Одессу в чине майора и выполняет «особые поручения» при генерал-губернаторе Строганове, потом и при Коцебу;

5.С 1864 года начинает выполнять функции судебного следователя, а также председателя военно-полевого суда;

6. А теперь самое интересное. Владельцем соленных озер на Куяльнике после казаков становиться именно Михаил Дембровский ( не Попандопуло, не Николай Дембровский – отец Михаила, ни Лузанов). Видимо не справляясь с этим хозяйством, передает в аренду эти озера мэру Одессы – Новосельскому, который  вскоре начинает там добывать соль в промышленных масштабах;

7.В 1867 года Михаил был избран почетным мировым судьей;

8.Умер Михаил в январе 1891 году и похоронен на Старом кладбище ( ныне Парк Ильича).

СТАТЬЯ

Валерий Нетребский

Неподкупный судья Одессы

Когда 7 января 1817 года губернатор Ланжерон на открытии Ришельевского лицея обратился с прочувственной речью к его воспитанникам: „Молодые питомцы этого лицея, надежда ОТЕЧЕСТВА,которого вы будете когда-нибудь украшением…”, – он вряд ли подозревал, что помимо прочего Лицей станет кузницей юридических кадров. Особенно запомнились слова графа: „ Соберете плоды… на том поприще, к которому судьба или воля ваших родителей вас назначает…” Если добавить к судьбе и воле родителей… кадровую политику начальства, то в списке именитых выпускников мелькает немало юриспруденческих светил того времени.

Вот лишь некоторые из них: И.С. Карузо – председатель коммерческого суда (Одесса,) , Э. Флуки – прокурор (Харьков), К.И.Казимир – прокурор (Одесса), А.С.Великанов – мировой судья (Одесса), К.И. Знаменский – судья (Таганрог), К.К.Котруца – уездный судья (Кишинев), М.М. Макселов – мировой судья (Одесса), Я. Вейнберг – адвокат (Одесса). В списке выпускников в разделе „полковники” фигурирует г- н Дембровский.

Трудно было предположить, что военная и административная карьера дворянина Херсонской губернии Михаила Дембровского завершится в должности „почетного мирового судьи Одесского уезда; каковой пост он напоследок сменил на почетного мирового судью города Одессы”. Знал ли граф Ланжерон, что ему придется у Дембровских… выкупать дом для постоянного проживания в Южной Пальмире? Но об этом чуть позже. После окончания Ришельевского лицея будущий судья Дембровский в возрасте 21 года поступил на военную службу – исследователь В.И. Головань отметил: „…в 1850 году в чине штабс-ротмистра получил за отличие благодарность императора Николая І». Много это или мало- благодарность августейшей особы? Во всяком случае, уже в следующем 1851 году Дембровский „проскочил” в адъютанты к князю А.Г.Багратиону – Имеретинскому – прямому потомку грузинских царей. В начале 60-х годов ХІХ века Михаил „повертається” в родную Одессу в чине майора и выполняет „особые поручения” при генерал-губернаторе Александре Григорьевиче Строганове, затем при Павле Евстафьевиче Коцебу, чей отец Евстафий был „известным” драматургом.

Но увы! Над каждым начальником „нависает” еще более вышестоящий босс, и вот какую жуткую историю поведал нам Стивен Ципперштейн (Сэнфорд, США) в своем труде „Евреи Одессы”: „Евреи утешались слухом о том, что стоявшее над Коцебу начальство было крайне раздражено… генерал получил даже пинок от одного из вышестоящих начальников и в результате охромел…(! – В.Н.)”. После „травмы на производстве” П.Коцебу был покаран отправкой…губернатором в Варшаву. После Коцебу генерал-губернаторы в Одессе стали именоваться в документах „временными”… наш герой служил и при губернаторе Эдуарде Тотлебене, и при губернаторе Александре Дрентельне, завершив службу при губернаторе Христофоре Роопе.

На первый взгляд выглядит удивительно, что М. Дембровский выполнял „особые поручения” одновременно при губернаторах и при командующих Одесским военным округом. Суть в том, что, когда приказом военного министра №322 от 12 декабря 1862 года был образован Одесский военный округ, было предусмотрено совмещение должностей губернатора и командующего. Платили ли Дембровскому две ставки ? Тем более, что М.Д приходилось тогда выполнять и правоохранительные функции.

Согласно В.И.Головань, он вёл „…в 1864 году следствие о действовавшей в Одессе фабрике фальшивых кредитных билетов”. Далее наш герой возглавил „судебное расследование в качестве председателя военно-полевого суда нашумевшего дела об убийстве и сожжении в Крыму игумена Порфирия”. Согласно исследованию г-на Броневского,„…в степяхъ, распостраняющіхся отъ Качибеева Городища къ Очакову, находятся соляныя озера… Туда стекается всегда множество казаковъ”.Следующим после казаков стал „…судья Дембровский, он официально считается „учредителем куяльницких соляных промыслов”, которые до „добровольного” присоединения Средней Азии к империи играли важнейшую роль в обеспечении Российской империи необходимым продуктом. Здесь Дембровский сотрудничал с легендарным городским головой Николаем Новосельским, взявшим в аренду соляной промысел, после чего добыча была доведена до четырех тыс.пудов соли в год. По „этому делу” проходил и соледобытчик Арон Зальцбург. Его внука Самуила (по свидетельству С.Вайнблата) в возрасте 28 лет „сбила на улице санная упряжка городского головы”. Правнук „жертвы царизма” Самуила Зальцбурга известный одесский врач Григорий Авербух стал еще и писателем, автором книги „Рассекреченные судьбы”… Во время русско-турецкой войны 1877 – 1878 годов Одесса превратилась в главную тыловую базу империи и Михаил Дембровский руководил эвакуацией раненых с поля боя.

В 1867 году М. Дембровский был избран почетным мировым судьей. „Памятная книжка Одесского градоначальства” за 1867 год, в разделе „Одесскій уездный съездъ мировыхъ судей”, в числе четырех „почётныхъ” судей указывает: „Генералъ-майоръ, М.Н. Дембровскій. Малый пер.”. Судья проживал в доме князя Абомелека (ныне пер. Маяковского № 4). Причём при определении адресов по вышеозначенному переулку следует учитывать топонимический скандал (сколько их было в Одессе !). Оказывается, первоначально Малым переулком именовался Казарменный переулок как более короткий к казармам, отчего улица Гоголя (Надеждинская) первоначально именовалась Казарменной. Нынешний же переулок Маяковского первоначально именовался Казарменным, что отражено в источниках, „раскопанных” топонимистом Я. Майстровым. Но при подаче списка одесских улиц и переулков на утверждение в Петербург одесские чиновники перепутали названия переулков, поменяв их местами. После утверждения Одесского списка лично царём никто в Одессе не осмелился вернуть названия в прежнее положение, и на момент поселения здесь нашего героя перепутанные названия вошли в обиход, а „царівська вказівка” учтена и при нынешних демократических переименованиях.

Как объяснить, что в вышеупомянутой „Памятной книжке Одесского градоначальства” за 1878 год, где на стр.108 указан адрес «Малый пер., № 2», на стр. 93 в списке „состоящіх при командующемъ войсками (генерал-адъютанте В.С.Семеке – В.Н.) для особыхъ порученій” первым фигурирует „генералъ – маійоръ Дембровскій.

Польская ул. № 2”. Речь идёт о „дожившем” до наших дней доме на углу Польской и Дерибасовской улиц принадлежавшем г-ну Илькевичу, но затем аристократизм домостроения усилился, после перехода владения к мадам Матильде де Сан – Лоренцо, впрочем, в придачу перед частицей „де” иной раз стояло „Карафо”, и даже „продвинутые аборигены” главной улицы столицы Причерноморья с первого захода не брались выговорить полное имя благодетельницы – Матильда Феликсовна Карафо де Сан – Лоренцо. Знавал ли судья Дембровский, мотаясь с Малого переулка на Дерибасовскую, первоначального г-на Ильевича, которому принадлежал и соседний дом № 3 по Дерибасовской, однако именитых жильцов обоих домов поминали в 1967 году, на торжественном открытии „1-го в мире (не доказано – В.Н.) памятника изобретателю языка „эсперанто” д-ру Лазарю (Людвигу) Заменгофу”.Какую категорию одесского бомонда имела в виду поэтесса Татьяна Бек, заметив:

„Какая родословная без мифа,

Который разом горек и лучист

Мой дед скончался

от сыпного тифа.

А был красавец и эсперантист”. 

Но до торжественных похорон судьи Дембровского было еще далеко, а чтобы отдалиться от неприятной темы вернемся … в детство Миши. Поиск родового гнезда Дембровских был облегчен открытием известного краеведа В.А.Чарнецкого документа о том, что 20 марта 1825 года за 42 тыс. ассигнациями экс-губернатор А.Ф. Ланжерон выкупил дом по Ланжероновской (Ласточкина) № 21 у коллежского советника Николая Дембровского (отца).

По иерархической шкале „табели о рангахъ всехъ чиновъ военскихъ статськіхъ и придворныхъ” из 14 классов „коллежскій советникъ” был шестым. До низшей 14 -й ступени – „коллежский регистратор” было уже дальше, чем до верхней ступени, и можно было смело поторговаться с пусть отставным, но все же губернатором. Будущему судье, родившемуся в 1819 году, на момент купли – продажи стукнуло 6 лет. Видел ли Михаил Дембровский А.С.Пушкина, который хаживал в расположенный рядом лицей – будущую альма-матер Михаила. Следует учитывать, что от домостроения Дембровских лицей отделялся… оврагом. „Оплот просвещения” заполучил овраг в виде ценного подарка. В „Очерках народного просвещения”, изданных в 1894 году, живописуется: „Соседняя съ лицеемъ домовладелица генеральша Анастасия Афанасьевна Попандопуло подарила лицею часть своего дворового места, 6 сажен по Дерибасовской Ланжероновской улице и 40,5 сажень въ глубину двора”. Генеральский подарок оказался с подвохом, зато остатки легендарного оврага, на который любовались Пушкин, Мицкевич и Мурзакевич, можно лицезреть и сегодня, войдя в четвертый двор бывшего дома Вагнера со стороны Екатерининской улицы –там и находится искомый „попандопуловский” овраг.

Возникает вопрос, когда был застроен примыкающий к лицею со стороны Гаванной (Халтурина) улицы 5 -й квартал военного фронштадта? Ещё в 1794 году получили участки: премьер-майор Андрей де Рибас, капитан-лейтенант Дю-Парк, секунд-майор Феликс де Рибас… Воспитанник лицея Н.Г. Тройницкий писал: „Наша классная комната выходила окнами на Ланжероновскую улицу… кто-то однажды крикнул : „Пушкин идет, Пушкин !”… Я заметил человека с палкой на плече, как он поворачивал за угол лицея. Он шел проворно. Это был Пушкин”. По всему видно, что Александр Сергеевич „проворно” шел со стороны дома Дембровских. Но был ли сам дом ? На „французском” плане маркиза де Касательно 1814 года кроме „гимназии”, ещё не ставшей лицеем, видны первые дома на углу Дерибасовской и Гаванной улиц, в отличие от генплана 1803 года, где означенный участок пуст. Зато на чертеже архитектора Г.И.Торичелли 1826 года на участке Дембровских обозначены три домостроения. Все ли они проданы Ланжерону ? В.А. Чарнецкий в очерке „Дом Ланжерона” указал: „ Этот дом был построен только в марте 1824 года – открытый лист получен Дембровским 17 числа этого месяца”.

В „Хронике жизни и творчества А.С.Пушкина», составленной известным знатоком пушкинской Одессы Л.А. Щербиной на основе „Летописи жизни и творчества Александра Пушкина” в 4-х томах, фигурирует запись: „Одесса. 1824 год. Август, 1. Пятница. Утром Пушкин с дядькой Никитой Тимофеевичем Козловым уезжает из Одессы в Михайловское…”. Таким образом, у Дембровских оставалась толика времени лично если не познакомиться, то увидеть гения. И, разумеется, даже после вынужденного отъезда Пушкина, Дембровские, как и все именитые одесситы, не могли не знать и не пользоваться сервисом воспетого поэтом ресторатора Отона, а при случае поселять гостей в его гостинице. Правда, некий краевед строго указал: „Дешевый отель Отона. Это тем более удивительно, что отеля такового никогда (подчеркнуто – В.Н.) не существовало”. Но мемуары современников и газетные объявления „оттоновского” периода опровергают эту версию. В предреволюционных справочниках можно прочесть: „Отонъ Викторъ Людвиговичъ Казарменый пер. № 2. Земскій Банкъ Херсонской губернии”. Университетские профессора, написавшие главы к юбилейному труду „Одесса 1794-1894”, неоднократно употребляли фамилию „Оттон”, но по отношению не к знаменитому ресторатору, а к его сыновьям – архитекторам. Видимо, оба начертания редкой фамилии имеют право на жизнь. Академик М.В. Замечек (создатель довоенного музея „Старая Одесса”) в составленном им „Альфабетном списі архітекторів, граверів, художників та різних майстрів, роботи яких маються в Музеї “Старої Одеси”,привел 3-й вариант „оттоноведения” – образца 1927 года: „Отон (Отонн) Л. – архітекта. (так в тексте – В.Н.) В Музеї його роботи 1856 року…” Все сказанное лишний раз свидетельствует, как бережно нынешние исследователи должны относиться к персонажам из прошлого Одессы, тем более когда речь идет о пушкинском окружении. Осталось добавить, что после Дембровских и четы Ланжеронов комплекс домов на углу Ланжероновской и Гаванной сменил многих владельцев, но, видимо, в память о героическом судье здесь в оные времена разместился Институт судебной экспертизы.

Здание одесского Красного креста

Здание одесского Красного креста

В „дембровские” времена уездный мировой суд дислоцировался на ул. Херсонской (Пастера) № 29 (домовладелец г-н Корейво), а „городской съезд мировых судей” – по адресу ул. Елисаветская (так в справочнике – В.Н.) № 3 (домовладелец г-н Коган). Но подлинная слава пришла к Дембровскому не в пыльных судебных делах, где чаще всего фигурировали граждане, не отягощенные интеллектом, что отображалось на здоровье судейских. Столкнувшись во время войны с несвоевременной помощью раненым и увечным воинам, Михаил Николаевич стал активистом… Красного Креста. Более того, Дембровский был назначен краснокрестовским казначеем, финансово „курируя” не менее 60 сестер милосердия. Позже на судью возложили еще одну обязанность, источники отметили: „…в последний год жизни возглавил Комиссию по постройке здания для общества”. Для того чтобы узреть творение Дембровского в наши дни, следует направиться на одноквартальную, старинную Мариинскую улицу.

Под № 3 на Мариинской улице по сей день стоит здание, возведенное попечениями нашего героя. Ничто не напоминает, что это здание первоначально было двух этажным и на 2-м этаже помещался храм во имя Касперовской Божьей Матери – небесной покровительницы града Одессы. Здесь, наряду с Дембровским, молилась попечительница графиня Е.В. Капнист. Основатель Красного Креста швейцарский банкир Анри Дюрак высоко оценивал Одесское отделение, где был организован „рассадник сестёр” (!).Попечениями Дембровского на так называемых „драгутинских плантациях” было выделено 900 кв. сажен. 3-й этаж был пристроен к главному зданию в начале ХХ века, но судья – благотворитель не дожил до этого. Холодным январским днём 1891 года прощались с Михаилом Николаевичем на Старом кладбище, превращенным варварами в парк Ильича (ныне Преображенский парк). Надгробную речь произнес городской голова Г.Г. Маразли. Судья и воин, благотворитель и просто хороший человек не должен быть забыт. Временщики приходят и уходят, а Одесса будет стоять до тех пор, пока в ней есть Дембровские.

Статья опубликована в литературно-публицистическом альманахе “Юго-Запад АРТ” Одесса, изд. Оптимум, 2006 

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Your email address will not be published.


четыре + 7 =